Маленькое одолжение - Страница 64


К оглавлению

64

И у них не было глаз. То есть совсем не было. Там, где полагалось находиться глазам, виднелась только гладкая черная кожа.

Свет, исходивший от меча, падал на них, и они с визгом отпрянули, словно их обожгло огнем — впрочем, если внезапная вонь паленой плоти может служить индикатором, так оно и было.

— Гарри! — крикнул Майкл.

Эта его интонация мне хорошо знакома: я пригнулся как мог быстрее и ниже, и успел-таки это сделать прежде, чем клинок «Амораккиуса» просвистел в воздухе, где только что находилась моя голова…

…и на лету рассек одну из этих тварей, готовую уже приземлиться мне на спину.

Тварь рухнула на пол и забилась. Бившая фонтаном из раны кровь горела на возухе бело-голубым огнем.

Я рывком повернул голову, чтобы глянуть на «Амораккиус». Кровь шипела на клинке как жир на горячей сковороде.

Железо.

Эти твари принадлежали к фэйре.

Мне не приходилось видеть их прежде воочию, но я читал их описания — последний раз совсем недавно, когда искал информацию про бебек. С учетом их принадлежности к фэйре, ошибки быть просто не могло.

— Хобы! — заорал я Майклу, выхватывая из кармана пальто револьвер. — Это хобы!

После этого времени на комментарии у меня уже не осталось. Пара ближних от нас хобов достаточно оправились от внезапно ударившего в них света, и бросились вперед. Мыш испустил рокочущий рык и столкнулся с одним из них в прыжке. Оба упали, пытаясь ухватить друг друга зубами.

Следующий хоб перепрыгнул их и устремился на меня, замахиваясь зажатым в узловатой лапище каменным ножом. Я увернулся с линии его прыжка и в свою очередь замахнулся на него пистолетом. Тяжелый ствол ударил его в безглазую морду, обжигая плоть и кроша зубы. Хоб взвыл от боли и врезался в одного из своих сородичей.

— In nomine Dei! — взревел Майкл. Я почувствовал, как его лопатки столкнулись с моими, и свет его тяжелого меча мелькнул в воздухе, вслед за чем послышался смертный вопль еще одного хоба.

Тот, что боролся с Мышом, сумел-таки опрокинуть пса на пол и, оскалив зубы, навалился на него сверху.

Я шагнул к нему, сунул ему в морду револьвер и с криком: — А ну не трожь мою собаку! — несколько раз нажал на курок. Не знаю, что причинило хобу больше ущерба, пули или вспышки выстрелов. Так или иначе, он отпустил Мыша и покатился по полу. Пес вскочил и бросился за ним, но я успел ухватить его за ошейник и оттащил назад, пока снова не столкнулся спиной с Майклом.

Хобы отступили в тень, но я все еще слышал их со всех сторон. При том свете, что исходил от меча Майкла, мне полагалось бы видеть потолок зала, но лучи его высвечивали участок радиусом футов двадцать, не больше — достаточно, чтобы не позволять хобам навалиться на нас всей стаей, но не более того.

Я продолжал слышать крики людей, отдававшиеся эхом от стен и сводов вокзала. Где-то в стороне грянули выстрелы — несколько подряд. Стреляли из пистолета меньшего, чем у меня калибра; стрелявший, судя по всему, просто в страхе разрядил обойму в темноту. Блин-тарарам, все это угрожало превратиться в бойню, если я не предприму что-нибудь, и быстро.

— Нам надо убраться с открытого пространства, — произнес я, размышляя вслух. — Майкл, двигаемся к билетным кассам.

— Вы можете расчистить путь? — спросил Майкл. — Я вас прикрою.

— Ничего не вижу в этой темноте, — возразил я. — И там люди. Если я начну швыряться энергией вслепую, я могу убить кого-нибудь.

— Тогда держитесь ближе ко мне, — сказал Майкл и двинулся вперед, подняв меч высоко над головой. Так свет его проникал чуть дальше, что не мешало бы Майклу опустить его на любую тварь, у которой хватило бы глупости ринуться на него. Мы перешагнули через двух мертвых хобов — по обоим телам бегали языки синего пламени, почти не отбрасывавшего света, но пожиравшего их плоть с прямо-таки голодной жадностью. Я услышал цокот когтей по полу и беззвучно вскрикнул.

Майкл резко повернулся, и в это же мгновение в круг света выпрыгнул хоб, вооруженный парой каменных топоров. Он метнул один топор в Майкла. Мой друг отбил его на лету лезвием меча и тут же нанес стремительный горизонтальный удар, раздробивший второй топор и рассекший торс твари до самого позвоночника. Охваченный огнем хоб упал, и Майкл ногой отшвырнул его тело в толпу его спутников. Это смешало их ряды и подарило нам возможность одолеть еще два десятка футов.

— Славно, — заметил я, вглядываясь в колыхавшиеся вокруг нас тени. — И вы говорили, что стареете? На мой взгляд, вы в форме.

Майкл блеснул зубами в короткой улыбке.

— Разговор дает этим тварям возможность при… — он осекся, и «Амораккиус» мелькнул у меня прямо перед носом, отбивая пущенный из темноты каменный нож. — Прицелиться, — договорил он.

Чтоб меня с моим болтливым языком… Я заткнулся и молчал весь остаток пути до касс.

Я запустил Майкла за стойку и едва не упал, споткнувшись о тело мужчины в сером деловом костюме. Тот сдавленно вскрикнул от боли, сжимая руками окровавленную ногу, из которой торчало узкое каменное лезвие.

— Гарри, — произнес Майкл. — Быстрее. Они вот-вот бросятся.

— Сейчас, — кивнул я и опустился на колени рядом с раненым. — Идемте, дружище, здесь не место рассиживаться, — я подхватил его подмышки и, пятясь, потащил за стойку. — Там где-то сзади есть дверь в служебную зону.

— Отлично, — откликнулся Майкл. — Дверь я смогу удерживать столько, сколько вам понадобится.

Раненый пытался помочь мне, но в результате его только тяжелее стало тащить. Он то и дело всхлипывал от боли и страха. Хорошо еще, нас отделяли теперь от хобов стойка с перегородкой. Как-то мне не слишком хотелось проверять на своей шкуре, на что похож по ощущениям удар каменного топора.

64